19.02.2022 сотрудник одного из предприятий г. Питкяранта, исполняя свои служебные обязанности, на предоставленной ему автомашине допустил ДТП, в результате которого водитель и трое пассажиров другой автомашины получили телесные повреждения.

Работник предприятия был привлечен к административной ответственности, предусмотренной ч.1.1 ст. 12.14 и ч.1 ст. 12.24 КоАП РФ. 

Решением Лахденпохского районного суда Республики Карелия от 29.10.2024, с предприятия в пользу потерпевших взыскана компенсация морального вреда, всего в общей сумме 225 000 руб., а также взысканы расходы, связанные с проведением автотехнической экспертизы, в размере 12 000 руб.

Ссылаясь на положения ст.238 Трудового кодекса Российской Федерации, предприятие просило взыскать с уже бывшего работника причиненный им при исполнении трудовых обязанностей ущерб в размере 237 000 руб., возврат государственной пошлины в размере 8110 руб.

Заслушав объяснения представителя истца, исследовав письменные доказательства в их совокупности и взаимосвязи, суд пришел к выводу об отказе в удовлетворении исковых требований, поскольку истцом не соблюден порядок привлечения работника к материальной ответственности.

Судом установлено, что с приказом о проведении служебного расследования дорожно-транспортного происшествия ответчик ознакомлен не был, служебная проверка именно в отношении него работодателем не проводилась, объяснения в рамках служебной проверки для установления размера причинённого ущерба, причин его возникновения и вины работника в причинении ущерба не отбирались, решение о возмещении материального ущерба конкретным работником не принималось. При этом законодатель не освобождает работодателя от обязанности истребования таких объяснений и у работника, будучи уволенного.

Сам факт, так и размер ущерба, предъявленного ко взысканию, установлен предприятием уже после проведения служебного расследования, проведенного по факту ДТП.

Непроведение служебной проверки в отношении ответчика в данном случае свидетельствует о несоблюдении прав бывшего работника и исключает возложение на последнего материальной ответственности за причиненный работодателю ущерб.

Кроме того, суд пришел к выводу о том, что работодатель не доказал свое право на взыскание с работника материального ущерба в полном размере, заявляя в предмете иска сумму в размере 237 000 руб.

Как установлено судом, фактически работодатель, исполняя решение Лахденпохского районного суда Республики Карелия, произвело перечисление денежных средств размере 100 000 руб. в пользу одного потерпевшего, а также 12 000 руб. в счет оплаты услуг эксперта. Иные денежные суммы в счет исполнения решения суда не перечислялись. При этом данное в ч. 2 ст. 238 ТК РФ понятие прямого действительного ущерба не является идентичным с понятием убытков, содержащимся в п. 2 ст. 15 ГК РФ, и не предусматривает обязанности работника возмещать работодателю, в частности, уплаченные им суммы судебных расходов, а также не выплаченные присужденные взыскателю денежные суммы.

Решение в законную силу не вступило.